May 30th, 2016

ural

Власть - это власть

У человека есть физиологические ограничения. Например, он не способен летать. То есть, лететь он может, но только вертикально вниз, и если высота полёта выше пары метров и ничего мягкого постелено не будет, он умрёт или как минимум переломает кости. У человеческого общества тоже есть ограничения. Так, оно не способно к самоорганизации. То есть, способно, но на уровне семьи, или совсем небольшого, чем-то важным объединённого коллектива. Да и в семьях зачастую бардак полный. А если уж людей соберётся больше, чем пальцев на руках, они способны самоорганизовываться только на какое-то разовое действие в общих интересах, например, что-нибудь разгромить. Для любого устойчивого коллектива необходимо некое организующее начало, иначе коллектива не будет. По опыту краеведения знаю, что лучше путешествовать вдвоём или втроём. Это веселее, дешевле, надёжнее, чем одному, три пары глаз замечают больше, чем одна, при этом разногласия обычно легко устаканиваются, а задержка темпа из-за того, что кому-то надо в туалет или завязать шнурок, невелика. 4-5 человек тоже нормально, если среди них одна-две девушки, не влияющие на составление маршрута. А 15 человек уже не то, слишком часто завязываются шнурки и каждый тянет в свою сторону, а общего общения при этом не получается. Чтоб в поездке был смысл, необходим экскурсовод или лидер группы, который будет вести и организовывать. И так во всём. Или в коллективе появляется лидер, или коллектив распадается.

Итак, управляющий момент органически необходим любому человеческому сообществу. Как человеческому организму необходимы, например, почки – если они откажут, человек умрёт или будет сидеть на сложной дорогой терапии. Это ни хорошо, ни плохо – это так. Управляющая структура – это как организм в организме – она на автомате, в силу самого своего существования, стремится к тому же, к чему и любой отдельный организм – к исполнению своих функций в максимально комфортных условиях с приложением к этому минимума усилий. Чем сложнее организм – более тем развитой должна быть такая структура. То есть, можно принять за аксиому – чем более структурно и технически развито общество, тем более развито и его управление. Что тут первично, что вторично – неизвестно, это как вопрос, что было раньше – курица и яйцо.

В племенном обществе вождь выдвигался умом и кулаком, потом погибал или старел, уступая место другому кулаку. В школе мы учили предложенный Марксом порядок общественных формаций, от первобытно-общинного строя до коммунизма, где всё выводилось из экономики. Уместней было бы считать, что формации менялись из взаимодействия экономических факторов, управленческих действий и (добавив к курице и яйцу петуха) религии, искусства и прочих умонастроений. И классифицировать их удобнее по применявшейся управленческой схеме. Самое примитивное общество можно назвать односегментным, то, которое один человек (не без помощи подручных, конечно) мог контролировать непосредственно. С ростом и усложнением общества односегментность стала технически невозможна, и формация сменилась на сословную пирамидально-цепочечную. Структура его напоминала пирамиду (наверху один или несколько человек, олицетворявших верховную власть, в самом низу – основная масса, никак не участвовавшая в управлении), управленческий импульс передавался по цепочке, а общество было организовано по сословному принципу. Минусом такой системы был кадровый голод – наследственные управленцы зачастую не имели достоинств, кроме громкого имени, а талантливым людям с низа пирамиды было крайне сложно проникнуть во власть. Кстати, успех арабов, Чнигисхана и прочих бурно росших государств был, видимо, не в некой “пассионарности”, а во взрывообразном притоке в управление талантов из разных слоёв общества. Но для планомерного управления в условиях нулевой по нынешним меркам технологичности нужна была основанная на смеси страха и доверия и освящённая традицией “цепочка управления”, как только она выстраивалась (а её можно было выстроить только на сословных началах) – бурное развитие успокаивалось.

Дальше настала очередь “паутинной” формации. (Разумеется, с переходными этапами, пережитки “сословности” остались до сих пор в виде Елизаветы II и т. п. декоративного барахла). Паутина состоит из однородного материала. У неё есть центр и периферия, пробраться в центр гораздо проще, чем залезть на вершину пирамиды, властный момент передаётся импульсами, причём в обе стороны, но основные движения производит паук в центре. Появление “паутины” стало возможным с развитием средств контроля и пропаганды – она шагала по миру вместе с телеграфом, железной дорогой, массовой прессой и т. д. Развитие коммуникаций уменьшало потребность в личной преданности и “управленческом страхе”, на чём во многом строилась “цепочечная пирамида”, массовый прилив в управление талантов из низов подстегивал технологическое развитие. Советская система была подвидом той же паутины, только с другим узором, другой структуры импульсами и слишком жирным пауком, который её в конце концов и прорвал.

“Паутина” была золотым веком человечества. Казалось бы, было найдено оптимальное сочетание эффективности, справедливости и свободы. Но теперь и она уходит. А какая же формация у нас складывается сейчас? Про это ещё постараюсь написать.